"В глубине ее сердца была маленькая уверенность. Даже не чувство, не эфемерный призвук, на что, без сомнения бы повлияла окружающая действительность. Нет, она была немного уверенна, и это уже отчасти значило, что ни плохая погода, ни дурацкое настроение с утра не заберет к себе то, что у нее было. Это был звук честного отклика на его слова, на его мысли , как она догадывалась, что он думал. Перед ней все происходило двояко - событие влекло какой-то исход, а кроме этого, оно ничего не значило, если не несло в себе какого-то радостного известия или тончайшего намека на то, что она идет не в пустоту. Возвращаясь к мысли о нем, она всегда возвращалась к разным минутам, и все у нее выходили минуты сладостного очарования. Иногда она пыталась представить что-то совсем невозможное, и тогда карусель мыслей и перезвон разговоров в ее мыслях неслись с неведомой силой. Потом она возвращалась к действительности, и это совсем не удручало, ведь ей нравилось переживать непережитое и знать, что оно еще не произошло. Произойдет, и, может быть, станет глухо отчего-то, что-то состоится, и она перестанет ждать. Или он оборвет ее на полуслове, на полубукве, не дав договорить то заветное, что она носит в сердце. Многое она делала, но если обратиться к этому, выходит, что ничего конкретного, ведущего к цели или целям, у нее не было. Она знала, что Господь - там где он. Большего знания ей просто не было нужно. Даже то, что происходило в мире, как-то мало волновало, и, может, и зря. Новые открытия ученых..." О, это страшно",- думала она и вновь открывала тетради, обещая им то, что-нибудь, что будет вновь сказано или повторено о нем.
В конце концов она отказалась от мысли , что что-нибудь когда-нибудь произойдет. Да и нужна ей была эта мысль, извините, как репа охотнику. Она попыталась припомнить что-то, что думала, когда еще совсем не знала его мир, и все, что припоминалось, что ей открылось влечение к нему после похода в Церковь, на праздник вхождения Богоматери во храм. Потом она вышла из храма, исповедавшись перед этим, направилась к своей пьяной компании, занявшей в ее времени почти все предыдущие дни. И там она молчала, и не пила, и даже почти смеялась какому-то прекрасному чувству. И вдруг она увидела радугу, и та показалась ей не то, что красивой, но настолько прекрасной, что она не знала, как и сказать людям вокруг о том, что она видит.
Теперь она здесь. Вроде бы любит, вроде бы ищет и надеется. Но чудо исповеди осталось там. и Чудо любви , может быть, было бы с ней настолько явно, что зацепило слишком сильно все ноты, все струны. Она не может надеяться встретить кого-то, кого полюбит так , а быть может сильнее. И оттого ей иногда бывает трагично."

© wisemonarchy

Сделать бесплатный сайт с uCoz