Изображение инфанты Изабеллы Клары Евгении, обнаруженное в Музее Санта-Крус в Толедо, имеет весьма и весьма прямое отношение к России. И вот какое... Вы же, конечно, знаете, что изначально задуманные и воплощенные Петром I, как лучшие из Пинакотек, Здания Арсеналов и в Москве, и в Санкт-Петербурге действительно были признаны лучшими в Европе. И расположены здания совершенно правильно: так, чтобы солнце не бликовало и присутствовало целый день и именно косвенным светом; и стены имеют надобной для лучшего сохранения картин ширины. Правда, в строительство Санкт-Петербургского Арсенала изначально было вложено больше средств и картины там сохранялись лучше, а вот в Кремлевском Арсенале были недостатки. Денег при строительство губернатор пожалел и стены были меньше необходимого ровно на 22 сантиметра. В 1813 году в результате улучшения финансовых дел в государстве Александр I задумал улучшить Московский Арсенал и утеплить стены, что и было сделано. По другой задумке Александра I в Кремлевском Арсенале должна была распологаться портретная галерея королей и известных государственных деятелей.

     Так вот приведенный портрет инфанты Изабеллы был подарен Фердинандом VII Александру для улучшенного Кремлевского Арсенала с двумя целями: во-первых, подарок соответствовал идее Александра создать портретную галерею королевских персон, во-вторых, Фердинанд дарением данного прекрасного портрета (а его можно отнести к категории "Компромиссного портрета", то есть портрета юной девушки на выданье) напоминал русским императорам, что существуют не только немецкие принцессы, но и испанские. В дарительном письме, сопровождавшем портрет Фердинанд написал: "Жаль, что Вы редко к нам заезжаете, ибо теряете голову от любви уже в Германии. Возможно, потомки Ваши будут более заинтерсованы в нашем роде и познании географии, созерцая портрет прекраснейшей из испанок. Хотя и советовал бы русским принцам пользоваться морскими путями, избегая встреч с немецкими красавицами." Александр же, приняв дар, в письме ответил: "Боюсь, что путешествия теплыми морскими водами поведут принцев наших вновь в Константинополь, путями Олега Рюриковича. Впрочем, с удовольствием направлю к Вам брата дабы он лицезрел прекрасных барышень и поправил здоровье, слабое и от рождения, и после лихорадки."
     Самым прекрасным в этой истории, несомненно, является то, что произведя прекраснейшее впечатление на испанское общество, Николай Павлович не забыл о своей первой любви и, возвращаясь в Россию, "не по морю, а по суху" посетил Берлин и просил у Фридриха Вильгельма III руки его старшей дочери, коей уже избрал и русское имя. За сей проступок юный князь получил от императора государственный наказ (прошению к чужому государю без обращения с просьбой к собственному государю) и был месяц истязаем на площади, но через три года с позволения брата вновь испросил руки немецкой принцессы. Александр I согласие дал, полагая, что брат, ожидавший три года, "от головокружительной любви общества излечился". Вот таких делов надел портрет испанской княжны для русских императоров.
     Так ка же портрет из Кремлевского Арсенала вернулся вновь в Испанию, возможно, спросите Вы? А все было достаточно просто. В середине 1970-х годов одна очень популярная в Советстком Союзе певица с не очень сильным голосом, но весьма и весьма любимая народом несколько исправила портрет (очевидно, найденный у партийных друзей или родителей). Похожая на инфанту Изабеллу Клару Евгению она добилась портретного сходства и сфотогравировавшись рядом с исправленным портретом направила фотографию с представителем Советского Союза в качестве собственного дара Хуану Карлосу. К фотографии также прилагалось письмо,  в коем певица гневалась на то, что Хуан Карлос требует от мировых властей и от Советского Союза (как мы помним, в результате серьезных финансовых проблем всегда напоминавшим, что у него есть ядерное оружие) и также значилось, что портретное сходство с инфантой Изабеллой Кларой Евгенией позволяет ей претендовать на испанский престол ("а у Советского Союза все так же есть ядерное оружие"). Хуан Карлос был и озадачен, и разгневан: с одной стороны - любимейший портрет любимейшей инфанты многих испанцев был найден (спустя десятилетия! бесплодных поисков и запросов в СССР), с другой - портрет был испорчен и, на основании нанесенного искусству Испании и коллекциям художественных ценностей России ущерба, певица страны с ядерным арсеналом настаивала на коронации (в стране искусства). Кем же она является в собственной великой ядерной державе? - задумался Хуан Карлос.
     Советский Союз  вернул портрет в Испанию в 1985 году, в качестве дара на 10-летие коронации Хуана Карлоса I. Монаршья чета Испании Хуан Карлос I и София с сыном Георгом и дочерью Ириной, монаршья чета Дании Хайнрих и Маргретте II с дочерью Маргаритой Ефросиньей Алевтиной и монаршья чета Швеции Карл XVI Густав и София с сыном Оскаром Густавом и дочерью Маргретте, в присутствии Филиппа Эдинбургского (Мекленбургского), короля Бельгии Альберта II, короля Норвегии Улафа V и принца Норвегии Харальда, царевича Российской империи Тихона и принца Германской империи Владимира (Кириила), публично, в Музее Санта-Крус в Толедо, в присутствии прессы и общества (при прямой трансляции каналов испанского и датского телевидения) нанесли на портрет восстанавливающий состав. Восставливающая картина, созданная по штриху каждым из членов монаршьих семей получилась фантастически абстрактной и стала "радостью в ожидании". Карлом XVI Густавом было публично обещано, что когда опадет последний слой и картина вернет свои цвета все истинные дети монархов вернутся на свои места, а история уничтожения Австро-Венгерской, Германской, Итальянской и Русской монаршьих семей будет публично рассказана во всех странах мира.

© wisemonarchy

Сделать бесплатный сайт с uCoz