Юрий Петрович с нескрываемым интересом разглядывал блюдце из лимажской эмали.
- Это ж вы где взяли такое, хлопчики? - спросил он, наконец. - Из какого музея своровали?
- Да есть такой музей, Юрий Петрович, - слегка ухмыльнулся голубоглазый блондин.
По правде сказать, все три хлопчика были блондинами и оба голубоглазыми. Но старший был.. ээ.. покрепче фигурой и звали его Артемий. И именно он взялся отвечать.
- Замечательный такой домик, - продолжал Артемий. - Там такого добра в три этажа стеллажей. И лимажская эмаль, и иконы, и картины... Заглянуть бы вам стоило. Навести порядок, так сказать.
Юрий Петрович почесал курносый нос и призадумался.
- Н-да, именно, такая вещь и пропала недавно из Розенборга. И именно такие Маргрете разыскивала..., - Юрий Петрович рассеянно-напряженно хлопнул себя по ляжкам: - Ну кататься за так и без дела приставать к людям я не привык. Говори, что за дом, а как с ним связаться - я уж разберусь. Поехать или позвонить. Ну кто хозяин дома и, что самое главное, как ты про этот дом узнал?
Артемий ухмыльнулся, как избитый волк, всегда знающий где сыскать преступника. 
- Дом этот некоей голубоглазой блондинки Ольги, а про то, что там можно найти мне рассказал наш друг, который любит подписываться, как Z.
- И который тоже голубоглазый блондин, - усмехнулся в ответ Юрий Петрович. 
Разговор двух мужчин принимал серьезный оборот. Напряжение, повисшее в воздухе, было настолько ощутимым, что если бы вытащить спичку из коробка, она бы вмиг загорелась.
- Ну, допустим, Олю твою я знаю. У меня даже телефонный номерок ее есть. Но в гости к ней ехать не хочу. Что ты мне посоветуешь? Хотя нет.. давай просто сверим номера: если совпадут, то ты туда ходил зря... и пацанчика моего брал совсем напрасно. Так что если номера совпадают, то мы с тобой делаем следующее: я при тебе звоню Оле и разговариваю с ней, а ты больше никогда и никуда не зовешь Тишку с собой. По крайней мере, пока я жив. Если нарушишь договор, я тебе голову отверну.
Ток от Артемия был ощутимый. Он долго жевал губы.
- Долго думаешь, Артем! - несмотря на сдержанность, гнев Юрия Петровича был ощутим. - Да или нет? Все! Надоел! Я звоню! А ты больше никогда не суешь свой нос в мои дела.
Телефонный разговор был недолгим.
- Оленька, - ласково поинтересовался Юрий Петрович, - что это ты меня к себе в гости приглашаешь через третьих лиц? Мы вроде как знакомы и были представлены друг другу. Через третьих лиц, доченька, это нехорошо. Мало ли что. Да и я человек женатый. Моей жене неприятно такие приглашения выслушивать. Ее-то ты пригласить забыла.
Молчание с той стороны телефонной трубки было недолгим. Женщина пыталась оправдаться тем, что у нее дочка и она слишком занята и не подумала, что нужно пригласить двоих.. и вообще столько забот, столько забот... И жалко, что вы меня доченькой называете.. и жена тут нипричем.. И хорошо, что Вам хотелось бы видеть меня
- Ольга, - тон Юрия Петровича стал неожиданно суровым, - Вы говорите весьма и весьма неприличные вещи. Моя жена сидит рядом со мной. Это что у Вас заговор что ли какой-то? 
Оправдания были странными.
- Вот что, Ольга, - Юрий Петрович насупился и тон начальника-распорядителя повис в комнате: - Мне действительно хотелось бы видеть тебя. Непременно. И поговорить и с тобой, и с твоим отцом. Так что послезавтра я приглашаю Вас с Каролем в гости. Лимажская эмаль никогда не производилась в Чехии. Кто тебе ее подарил? Это единственный вопрос, который я собираюсь выяснить с вами. 
Ольга стала оправдываться.. Высказывать невозможность придти. Уговаривала не поднимать вопрос перед отцом.
- Нет, Ольга! - голос Юрия Петровича стал суровым, но в нем проскользнули насмешливые нотки, когда он интонационно скопировал фразу собеседника, произнесенную вначале диалога: - "Мне хотелось бы видеть тебя..." и Кароля. Послезавтра в 10 вечера и точка. Расскажешь мне: кто себе такие подарки дамам позволяет. И не оправдывайся тем, что у тебя дети. Если тебе дарят такие подарки, то ты можешь себе позволить продать одно блюдце, чтобы год нанимать гувернантку для дочери.

- А вы, сукины дети, - ругнулся Георгий Алексеевич в сторону двух оставшихся блондинов, когда Артемий ушел: - Чтобы ни ногой больше в этот дом! Особенно ты, Тишка! А то тебя еще братом ее назовут или похуже.. жениться заставят.. И ты! Думай впредь! Он тебя защищал, а ты его подставил: потащил собой полюбоваться.. Джеймс Бонд, блин... Точнее, Джеймсы Бонды... ;)

© wisemonarchy

Сделать бесплатный сайт с uCoz